?

Log in

No account? Create an account

Предыдущая запись | Следующая запись

Про Русский музей я параллельно пишу четыре саги. Первая связана с непрекращающимися попытками министра Мединского и директора ГРМ Гусева застроить внутренние дворы Михайловского дворца, демонстративно нарушив при этом Федеральный закон «Об объектах культурного наследия народов РФ».

Вторая сага, которую пока можно считать законченной, посвящена уникальному музейному экспонату ГРМ – «Ангелу Златые Власы», фрагменту иконостаса новгородской школы XII в. Напугав министра культуры обращением в прокуратуру, этот акт вандализма удалось прервать в зародыше, отбив охоту посягать на музейный экспонат.

Третья сага связана с незаконно реквизированной из ГРМ в ноябре 2009 г. иконы «Богоматерь Одигитрия», или «Богоматерь Торопецкая» (см. — тут). К сожалению, работу с Генеральной прокуратурой по этой проблеме пришлось прервать, но не по моей вине. После первого обращения в Генпрокуратуру, касавшегося и «Ангела», и Торопецкой иконы, был получен ответ из Министерства культуры РФ от 8 декабря 2017 г. за подписью Ю.А. Евтюхина, директора Департамента культурного наследия. Ответ показал, что надо продолжать давление на министерство, что Генпрокуратура может помочь, если проявить упорство. Однако сотрудники Отдела древнерусского искусства почему-то проявили малодушие, хотя чего они испугались, я так и не понял. Может быть, их запугал директор музея… Ну, видимо, Торопецкая икона в ГРМ нужна только мне, а музею и без нее комфортно. Во всяком случае, Гусеву она точно не нужна.

Наконец, четвертая сага, которой, собственно, и посвящена эта статья, связана с демонстративным нежеланием ГРМ выполнять нормативно-правовые акты, касающиеся правил работы в Отделе рукописей ГРМ. Я подавал исковое заявление в районный суд, потом написал апелляционную жалобу, но обе инстанции мои требования не удовлетворили. Этой теме я посвятил в марте – ноябре 2017 г. три статьи. Но поскольку возникли новые обстоятельства, существенные для дела, я полагаю необходимым эту сагу продолжить. Тем, кто пользуется архивами, этот материал может быть весьма полезным.



Предыстория вопроса
Кратко напомню суть дела. На момент подачи иска в суд в марте 2017 г. действовал приказ Министерства культуры РФ от 03.06.2013 № 635 (ред. от 03.12.2015, с изм. от 28.03.2016) «Об утверждении Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах». Указанное изменение от 28 марта 2016 г., введенное после решения Верховного суда РФ, подразумевало, что в архивных учреждениях РФ пользователи могут самостоятельно и бесплатно фотографировать архивные документы. Архивам это революционное нововведение по разным причинам не понравилось. Некоторые подчинились, некоторые брали плату с пользователей за то, что те пришли и сфотографировали документы. Делали они это абсолютно незаконно, но т.к. люди у нас не законопослушные, а просто послушные и привыкли к тому, что кто палку взял, тот и капрал, то безропотно платили.

Что же касается Отдела рукописей ГРМ, то там приказ Министерства культуры РФ от 03.06.2013 № 635 вообще не признавали (нарушение нормативно-правовых актов – это фишка ГРМ), а сочинили собственные правила, подчиняясь самодурству заместителя директора ГРМ по научной работе Е. Петровой, которая заявила еще в октябре 2016 г. в ответ на мой вопрос, что правила – «это наше внутреннее дело». Соответственно, в Отделе рукописей ГРМ не давали и фотографировать архивные документы своей техникой. И к тому же извратили «под Петрову» многие пункты приказа № 635.

Между прочим, представитель ответчика принес в суд «Должностную инструкцию заместителя директора по научной работе», утвержденную приказом директора ГРМ от 05.08.2016 № 256. Из этого документа следует, что никакого отношения к Отделу рукописей Е. Петрова не имеет в принципе. Хотя в ГРМ все уверены, что она непосредственно руководит и Отделом рукописей, и научной библиотекой. Но это как раз тот случай про палку и капрала. В советское время Петрова была секретарем парторганизации Русского музея, так что ничего удивительного в ее поведении нет: она и сейчас чувствует себя «руководящей и направляющей силой», имеющей право устанавливать везде свои законы. А чтобы увереннее ощутить свою силу, надо, естественно, не разрешать, а запрещать.

Итак, я подал заявление в суд. Позиция представителя ответчика И. Елкина была основана на том, что в приказе Минкультуры № 635 речь шла только о государственных и муниципальных архивах, а ГРМ – это ни то ни другое, ни рыба ни мясо, хотя и имеет в своем составе отдел рукописей, где находятся документы Архивного фонда РФ. Я с этим спорил, приводя различные аргументы, в частности, ссылался на второе предложение части 5 ст. 26 Федерального закона «Об архивном деле в РФ», которое имело следующий вид:

«Порядок использования архивных документов в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных организациях, государственных и муниципальных музеях, библиотеках, научных организациях, включенных в перечень, который утверждается Правительством РФ, определяется ими в соответствии с законодательством РФ, в том числе в соответствии с правилами, установленными специально уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти».

Поэтому я, имея в виду очевидный пробел в праве, предлагал суду применить к архивным документам в музеях и библиотеках приказ Министерства культуры РФ № 635 «Об утверждении Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах». Суд имел на это полное право, потому что такое применение было прямо предусмотрено частью 6 ст. 15 Кодекса административного судопроизводства (КАС).

Однако вникать в тонкости судья не стала, отмечать ситуацию правовой неопределенности – тоже. И в итоге суд отказал в удовлетворении всех моих исковых требований.



Вновь открывшиеся обстоятельства
Они открылись еще до того, как началось разбирательство по моей апелляционной жалобе, но так как закон обратной силы не имеет, суд второй инстанции на юридические новеллы не обратил внимания.

Между тем появилась новая редакция второго предложения части 5 ст. 26 Федерального закона «Об архивном деле в РФ»: «Порядок использования архивных документов в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных организациях, государственных и муниципальных музеях, библиотеках, а также в научных организациях, включенных в перечень, который утверждается Правительством РФ, определяется ими в соответствии с законодательством РФ, в том числе в соответствии с порядком, установленным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере архивного дела и делопроизводства» (новая редакция части 5 ст. 26 вступила в действие с 18.06.2017 согласно ст. 14 Федерального закона от 18.06.2017 № 127-ФЗ).

Наконец-то неопределенность полностью снята и правовой пробел устранен, потому что порядок, установленный Министерством культуры как уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере архивного дела и делопроизводства существовал только один – это «Порядок использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах», утвержденный приказом Минкультуры № 635.

Вскоре, кстати, появились еще более новые обстоятельства. 1 сентября 2017 г. был издан приказ Федерального архивного агентства № 143 «Об утверждении порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах РФ», а 5 сентября 2017 г. появился приказ Минкультуры № 1458 «О признании утратившим силу приказа Минкультуры РФ от 3 июня 2013 г. № 635 и внесенных в него изменений».

Приказ № 143 ввел тот порядок, установленный «уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере архивного дела и делопроизводства», который упоминался во втором предложении части 5 ст. 26 Федерального закона «Об архивном деле в РФ».

Не вникая в иные детали различий между приказами № 635 и № 143, сразу скажу, что главная новация была введена пунктом 4.1.14: пользователь архива имеет право «заказывать либо изготавливать самостоятельно арендуемыми техническими средствами архива или собственным техническим средством копии архивных дел, документов, печатных изданий в объеме не более 100 листов (кадров, электронных образов) в течение рабочего дня на возмездной основе при соблюдении требований подпунктов 4.2.21 – 4.2.25 Порядка». Формально приказ вступил в силу 14 ноября 2017 г., но реально в целом ряде архивов еще можно было фотографировать документы без оплаты, на безвозмездной основе.



Узаконенная Росархивом коррупция
Отвлекаясь от основного сюжета должен сказать, что появление пункта 4.1.14 – это результат упорной борьбы государственных архивов с исследователями и исключительной, какой-то классовой ненависти к ним. Естественно, инициатива исходила от крупных московских архивов (ГАРФ, РГАНИ, РГАСПИ, РГАЛИ), которые были возмущены решением Верховного суда РФ, разрешившего исследователям фотографировать документы бесплатно. В головах московских бюрократов это не укладывалось.

Результат, однако, парадоксален: архивы берут деньги вообще непонятно за что, а точнее – за неоказанную услугу. Ведь если пользователь перепишет документ от руки, с него не возьмут ни копейки. А что изменится, если вместо переписывания будет фотографирование? Ничего, только быстрее. Значит, речь идет просто о вредности, о создании искусственных препятствий, о ненависти к научным работникам.

Что же касается архивных учреждений, то распоясались они мгновенно. По данным Кирилла Белоусова («Инфопоиск»), в настоящее время стоимость «услуги» по изготовлению копии одного оборота листа архивного документа формата А4 собственным фотоаппаратом или телефоном составляет:

Государственный архив Российской Федерации – 30–36 руб.

Российский государственный архив древних актов – 36–48 руб.

Российский государственный исторический архив – 30–135 руб.

Российский государственный архив экономики – 35–40 руб.

Российский государственный военно-исторический архив – 36–219 руб.

Российский государственный военный архив – 30–36 руб.

Российский государственный архив литературы и искусства – 30–300 руб.

Российский государственный архив социально-политической истории – 30–40,5 руб.

Российский государственный архив военно-морского флота – 30–112,5 руб.

Российский государственный исторический архив Дальнего Востока – 56,4 руб.

Российский государственный архив новейшей истории – 36–43 руб.

Российский государственный архив кинофотодокументов – 7–180 руб.



Борьба с этим безумием уже началась, Генеральная прокуратура РФ сейчас проверяет новый Порядок, введенный приказом № 143, на наличие коррупциогенных факторов (имеется в виду злоупотребление должностными и служебными полномочиями).

Речь идет, например, о запрете на самостоятельное копирование особо ценных дел, документов с угасающим текстом, имеющих печати и т.д. (п. 4.2.25), о возможности архива лишать исследователя права работать с подлинниками архивных документов на длительный срок (п. 3.7), о фактическом запрете на выдачу документов с пометкой «для служебного пользования», ни одним из федеральных законов не установленном (п. 3.2.2), о требовании к пользователю соблюдать некие «законные интересы других пользователей и работников архива», содержание которых Порядком не раскрыто (п. 4.2.5). Не говоря уже о том, что плата за услугу, которую пользователь архива предоставляет сам себе, да еще с таким разбросом, т.е. с полностью произвольным установлением цены, словно речь идет не о государственных архивах, а о частных конторах «Рога и копыта», – это и есть коррупция в чистом виде, только узаконенная приказом Росархива.

Думаю, что долго «возмездная основа» за съемку своим фотоаппаратом не продержится и возмездие наступит.



Нормальные герои всегда идут в обход
Впрочем, Отдела рукописей ГРМ вопросы фотографирования своей техникой на возмездной основе пока не касаются: здесь Евгения Петрова назло исследователям, вследствие своего партийно-коммунистического прошлого и общей делинквентности не позволяет фотографировать вообще. Даже компьютерами пользоваться почему-то в Отделе рукописей запрещено.

Поэтому после изменения части 5 ст. 26 Федерального закона «Об архивном деле в РФ» возникла альтернатива: во второй раз подать все в тот же Дзержинский районный суд административное исковое заявление в связи с вновь открывшимися обстоятельствами или поискать какой-то другой вариант.

Одна из базовых причин прежнего решения суда как первой, так и второй инстанции заключалась в том, что судьи всех российских судов – а я это понял на большом числе собственных судебных примеров в течение последних семи (!) лет – толком не понимают, что такое личные неимущественные права и что означает для истца их нарушение. Особенно это касается прав, связанных с получением информации. Подозреваю, что судьям вообще непонятно, как это я приду в Отдел рукописей и буду фотографировать все, что захочу, а потом по своему желанию стану это использовать.

Поэтому я решил в суд на этот раз не обращаться, а воспользоваться законом «О защите прав потребителей», поскольку ГРМ и Отдел рукописей предоставляют услуги, а я являюсь потребителем этих услуг.

Сначала я сделал запрос в ГРМ, спросив, не изменились ли Правила работы пользователей в читальном зале отдела рукописей ФГБУК «Государственный Русский музей» (ГРМ), утвержденные приказом директора ГРМ от 20.12.2016 № 425. А также задал вопрос о приказе Росархива № 143: применяется ли он в ГРМ, в частности, действует ли пункт 4.1.14?

Ответ директора музея Гусева – это типичный пример дремучего невежества юридического отдела ГРМ: правила не изменились, ответил мне Гусев, приказ № 143 на музеи не распространяется. Они там как Бурбоны: со времени последнего суда ничего не забыли и ничему не научились. И по-прежнему пребывают в наглой уверенности, что им все сойдет с рук. К тому же наверняка полагали, что я снова полезу в тот же суд, т.е. наступлю на те же грабли, потому что в начале своего запроса на имя Гусева я специально написал сакраментальную фразу: «В порядке предсудебной подготовки (в связи с вновь открывшимися обстоятельствами) прошу сообщить следующие сведения…».

После чего я обратился с жалобой на юридическое лицо – Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Государственный Русский музей» в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по городу Санкт-Петербургу (Роспотребнадзор). В жалобе описал все обстоятельства дела.

Работой с моей жалобой занималась Елена Епифанцева, главный специалист-эксперт отдела защиты прав потребителей. И вот итог: 5 марта 2018 г. Роспотребнадзором был составлен протокол № Ю 78-00-03-0189 об административном правонарушении, в котором констатировано, что в правилах работы пользователей в читальном зале отдела рукописей ГРМ «представлена информация о порядке использования архивных документов, не соответствующая предусмотренному действующим законодательством порядку использования архивных документов, в т.ч. в государственных музеях». Далее констатировано, что приказ Росархива от 01.09.2017 № 143 «является единственным документом, определяющим порядок использования архивных документов <…>». В частности, по п. 4.1.14 пользователь вправе самостоятельно делать копии документов в архиве своим бесконтактным техническим средством, т.е. фотографировать на возмездной основе. А сравнение с приказом Росархива № 143 обнаруживает, что в действиях юридического лица ФГБУК «Государственный Русский музей» усматриваются признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 14.8 КоАП РФ в части непредоставления в Правилах работы пользователей в читальном зале Отдела рукописей музея достоверной информации о праве пользователей архивными документами.

После чего 19 марта 2018 г. было утверждено постановление Роспотребнадзора № Ю 78-00-03-03448-18 по делу об административном правонарушении, которым ГРМ признан виновным в совершении административного правонарушения и ему назначено административное наказание в виде предупреждения.

И, наконец, 19 марта 2018 г. заместителем руководителя Управления Роспотребнадзора по СПб Еленой Смирновой было подписано представление № 78-00-03/20-248-18 об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения. «Как установлено, – говорится в конце документа, – причинами совершения <…> указанного административного правонарушения и условиями, способствовавшими его совершению, явилось отсутствие надлежащего контроля за соблюдением действующего законодательства в области защиты прав потребителей». В итоге предложено принять меры по устранению и в месячный срок доложить о выполнении.

Теперь самое интересное – это какую плату за фотографирование собственным фотоаппаратом пользователя выставит ГРМ. То есть какой будет в ГРМ коррупция, узаконенная Росархивом. Это станет началом следующего этапа работы, не менее увлекательного, чем первый. Русский музей для меня – это всерьез и надолго.

Михаил Золотоносов

http://gorod-812.ru/rospotrebnadzor-priznal-chto-russkiy-muzey-narushaet-prava/

Архив

Апрель 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Тэги

Разработано LiveJournal.com
Designed by Naoto Kishi